Виталий Портников: шагреневая кожа чужой церкви Апр22

Добавить в

Виталий Портников: шагреневая кожа чужой церкви

Виталий Портников: шагреневая кожа чужой церкви

фото: RadioSvoboda

Портников Виталий

18 апреля, 2018, 12:36

Речь идёт об идентичности, а не о церкви как таковой

Действительно ли Украинская церковь получит, наконец, автокефалию от Константинопольского патриархата? Насколько уместно вмешательство в этот вопрос светских властей? Не станет ли успех в вопросе достижения автокефалии личным политическим достижением президента Петра Порошенко — или его личной неудачей, которая обратится в государственное унижение?

Эти вопросы оживленно обсуждаются после обращения президента к главам парламентских фракций с просьбой поддержать обращение к Константинопольскому престолу. Между тем, главными являются вовсе не они.

Главное — это вопрос идентичности.

Если Константинопольский патриархат не пойдёт на встречу Киеву мы, в конечном счете, не потеряем ровно ничего, ситуация останется такой же, вопрос просто отложится. Самое интересное — что будет в случае положительного решения.

Нужно понимать, что никакой томос Константинополя — даже если речь в нем будет идти не о возращении Константинопольского патриархата на свою каноническую территорию и создании новой митрополии с центром в Киеве, а об учреждении "настоящей" автокефалии, не сделает УПЦ равной среди других православных церквей мира. Для этого нужно согласие соборов всех остальных канонических православных церквей. Ну вот просто — всех. Включая, разумеется, Московский патриархат.

Кстати, то же самое будет касаться и попыток Московского патриархата предоставить автокефалию своей церкви в Украине — если такие попытки и будут предприняты, без согласия Константинополя и других православных церквей они так и останутся ничтожны.

Именно поэтому Константинопольский патриарх не может совершить чудо — даже если к нему с такой просьбой обратятся все верующие и неверующие граждане Украины. Но зато он может дать УПЦ не меньшее, чем автокефалию. Он может предоставить ей каноничность.

Как выглядит ситуация сегодня? Есть Украинская церковь — своя, но не каноническая, "самосвяты". Церковь, которая воспринимается в качестве политической структуры даже многими своими прихожанами и священниками. И есть Русская церковь — чужая, но каноническая.

В случае положительного решения Константинополя в стране будут две канонические иерархии — УПЦ Киевского (или Константинопольского) патриархата и УПЦ Московского патриархата. Пусть даже для мирового православия обе они будут восприниматься не в качестве автокефальных церквей, но для украинского верующего выбор будет прост: две канонические церкви. Своя и чужая.

Как вы думаете, кто стратегически выиграет? Ясно же, что географическая и духовная территория чужой церкви будет со временем сжиматься, как шагреневая кожа.

Именно поэтому я и утверждаю, что речь идёт об идентичности, а не о церкви как таковой. Русская церковь — как бы она себя не называла на украинских землях — это один из самых важных канатов, которые привязывают украинцев к «русскому миру». В Москве это прекрасно понимают. Именно поэтому так стремились заполучить контроль над Киевской митрополией, именно поэтому сделали все, чтобы не выпустить этот контроль из рук.

И если Русская церковь вот уже несколько столетий является в вопросе о формировании чужой идентичности важным орудием собственного государства, то почему же Украинская церковь в решающий момент не должна рассчитывать на поддержку своего государства, народа и президента?

В конце концов, мы с вами должны понимать еще одну простую вещь. Мы живем в Европе. Деклерикализация этого континента — вопрос ближайших десятилетий. Мы не в Африке, не в Латинской Америке, даже не в Северной Америке с ее мозаикой харизматичных сект.

Церковь — любая — из жизни следующих поколений безвозвратно уйдёт. Останутся традиции, история, нравственные нормы.

И еще обязательно останется идентичность.

Источник