Домой Общество Старый тяжелый чемодан, или кто будет нести украинскую энергетику дальше

Старый тяжелый чемодан, или кто будет нести украинскую энергетику дальше

Старый тяжелый чемодан, или кто будет нести украинскую энергетику дальше

20 декабря, 2016, 15:05

Зачем Украина тратит деньги на поддержку на плаву устаревшего затратного и неэффективного отечественного энергетического комплекса

Сойдет ли такой текст за сенсационное сообщение: "Без реализации программ модернизации существующих и строительства новых энергетических мощностей дефицит пиковой мощности (читай — веерные отключения) будет наблюдаться уже в 2017-2020 гг"? Но эта фраза — не громкое заявление желающих эффектности журналистов — это цитата из ключевого документа отечественной энергетической отрасли, Энергетической стратегии Украины на период до 2030 года (далее — Стратегия), одобренной Распоряжением Кабинета Министров Украины от 24.07.2013 №1071.

Стоимость вышеуказанных работ по восстановлению, реконструкции или построению на замену старому нового генерирующего оборудования, придется нести всему обществу, Стратегия скромно объявляет приблизительной цифрой "Инвестиций в модернизацию и строительство генерирующих мощностей и объектов электросетей в 2013-2030 гг.  по базовому сценарию развития спроса составят более 1 трлн. грн "(в ценах 2010, 1 евро = 10 грн).

Правильно ли мы понимаем, что нынешняя электроэнергия, купленная нами по тарифам, которые и так шокируют населения и промышленников каждые полгода, требует для дальнейшего продолжения бесперебойной ее поставки дополнительные к тарифам триллионные вложения?

Именно так, внетарифные расходы общества — это "невидимая" составляющая устойчивого энергообеспечения страны, — догоняет по величине валовую стоимость электроэнергии (около 100 млрд грн в год, за 17 лет, с 2013 до 2030, — 1,7 трлн грн и к ней следует добавить еще 1 трлн грн (почти 60%) на неотложную модернизацию, вывод из эксплуатации старых и аварийных мощностей и строительство на их замещение новых, без чего нам угрожают веерные отключения уже с 2017 года).

Почитаем еще один руководящий отраслевой документ — разработанный НЭК "Укрэнерго" проект Плана развития ОЭС до 2025 года (далее — План 2025). В нем уже находим более конкретизированную картину первоочередных потребностей отрасли на поддержание работоспособного состояния.

Так вот, в области генерирующих компаний ТЭС в период до 2025 года в результате нового строительства и реконструкции действующих энергоблоков государством планируется ввести 1488 МВт генерирующей мощности, а также — внимание! — вивесты с эксплуатации физически изношенные энергоблоки суммарной мощностью 1745 МВт, в результате чего общая мощность ТЭС ГК уменьшится на 257 МВт. Стоимость работ по приросту мощности примерно составит 64 млрд грн., а вот сколько планируется затратить на вывод энергоблоков проект плана не указывает.

Пусть даже вдвое меньше — тогда суммарная стоимость работ необходимых для уменьшения на 257 МВт мощности отечественных ГК ТЭС достигнет 100 млрд грн. Не забудем добавить предусмотренные Стратегией 98 млрд грн на экологические мероприятия в сфере угольно-газовой генерации (установка, пылегазоочистного оборудования на отечественные ТЭС и ТЭЦ), а также вынужденный через российскую агрессию перевод на уголь газовых энергоблоков (около 1,5 млрд грн стоит перевести одну ТЭЦ, и примерно 100 млн грн — один энергоблок ТЭС с антрацитового на менее калорийный уголь газовых групп).

Без угольной отрасли ТЭС не будут работать, значит добавляем еще 83 млрд грн, необходимых, как говорит Стратегия, для поддержания в рабочем состоянии угольной отрасли.

А значит минимум "непродуктивных", но необходимых сегодня и неотложных для продолжения нормальной эксплуатации оборудования ГК ТЭС затрат это более 280 млрд грн.

В сфере атомной генерации ситуация с внетарифными общественными затратами на поддержание на плаву энергогиганта не лучше. Приведем основные, о которых идет речь и в Стратегии и в Плане 2025.

Эксплуатация действующих АЭС сопровождается затратами на мероприятия по повышению безопасности АЭС, продление эксплуатации энергоблоков, повышению надежности и эффективности в соответствии со Стратегией — 65 млрд грн. Кроме того, выполнение работ по подготовке и последующего снятия с эксплуатации энергоблоков после завершения дополнительного периода их эксплуатации оценивается Стратегией в 18 млрд грн.

К суммарным непроизводственным затратам относятся и затраты на создание собственного ядерно-топливного цикла, на что правительственные программы (2009 "Ядерное топливо" и обновленная в 2016 году Концепция Государственной целевой экономической программы развития атомно-промышленного комплекса на период до 2020 года) предусматривают в пределах 9 — 13 млрд грн;

Нужны средства также и на строительство хранилищ для отработанного ядерного топлива (ОЯТ), смету каждого можно очень приблизительно оценить в промежутке 1,5 — 2 млрд грн, и до 3,5 млрд грн

Стоимость нового саркофага для неработающих блоков ЧАЭС у всех на слуху – 1,5 млрд евро или почти 42 млрд грн, но кроме того обслуживание его в течение всего срока эксплуатации (рассчитано на 100 лет) будет стоить 600 млн грн ежегодно. Пусть весьма приблизительно — 140 млрд грн.

420 млрд грн вот на глаз минимальная сумма необходимых сегодня и явно видимых, признанных государством вливаний в электроэнергетику для содержания гиганта традиционной генерации в более или менее рабочем состоянии, и это — без прироста мощностей, то есть в ее нынешних количественных и качественных выражениях.

Итак, задумаемся — эти ли необратимые инвестиции для поддержжания на плаву устаревшего затратного неэффективного отечественного электроэнергетического комплекса стоят того и можно ли вообще такое ведение хозяйства назвать разумным?

Мир идет в противоположную сторону. Угольные генерации уходят в прошлое не потому, что заканчивается уголь — а потому что заканчивается чистый воздух над Землей и угрожающе прогрессирует потепления (2015 и 2016 годы — самые жаркие за всю историю наблюдений) Атомная энергетика сдает позиции ВИЭ, доля выработки которых в мировом масштабе превысила 23%.

И оставаться в старом не просто дорого — а губительно, это замкнутый круг затратного принципа ведения хозяйства. Украина на втором месте с хвоста в мире по энергоэффективности. Только с начала 2016 года средневзвешенный тариф для теплоэлектростанций увеличился на 81%, что привело к повышению цен на электроэнергию для промышленности на 27% с мая. И здесь не суть важна формула Роттердам + или другая — решающим фактором остается затратный и неэффективный принцип работы энергетических предприятий (а также угольных, нерентабельность которых засвидетельствована министром энергетики И. Насаликом).

Выход мир видит в развитии возобновляемой энергетики — из источников солнечного излучения, ветра энергии воды, биомассы и тому подобное. И говорить, что это дорогое удовольствие, крайне неуместно, ведь только мы увидели, что реальная смета традиционных атомных и угольных производств обременена чуть ли не 60% надбавкой (до нынешней стоимости электроэнергии) в виде внетарифныех общественных расходов.

Если попытаться хотя бы частично перераспределить запланированные государством направления инвестиций из, например, атомных новых мощностей — на строительство ВИЭ, общество получило бы значительную экономию. По оценкам Стратегии 2030 стоимость строительства новых мощностей АЭС (36,4 млрд грн на 2 ГВт = 18200грн / кВт, 1820евро / кВт) ДОРОЖЕ, чем построение такой же мощности ВИЭ (130 млрд грн на 8 ГВт = 16300 грн / кВт, 1630 евро / кВт) (курс 2010 около 10грн = 1 евро).

Согласно с обновленным Планом 2025 дороже построение ВИЭ также и введение новых мощностей ТЭС (строительство и реконструкция с общим приростом 1,49 ГВт влечет 63,80 млрд грн, то есть 63,8 / 1,49 = 42900 грн / кВт, 1720 евро / кВт, в то же время построение 4,4 ГВт мощностей ВИЭ оценивается в 181, 5 млрд грн, или 181,5 / 4,4 = 412500грн / кВт, 1650евро / кВт. (курс 2015, около 25грн = 1 евро).

Кроме того, следует учесть освобождение от ранее указанных внетарифных общественных расходов на содержание атомного и углеродного сектора, снялись бы автоматически ряд вопросов безопасности (а это и зависимость от РФ в сфере поставок топлива, и обращение с ядерными отходами и вопросы эксплуатации блоков после исчерпания расчетных сроков и вопрос техногенных и террористических угроз), сократились бы расходы водных запасов (традиционная энергетика, в том числе атомная — крупнейший в мире потребитель воды), не говоря уже об улучшении экологической ситуации.

В общем, даже незначительной части тех средств, которые мы тратим на поддержание традиционных технологий выработки электроэнергии, хватило бы не только на развитие мощного парка ВИЭ, но и на решение ключевой технологической задачи аккумулирования производимой ими энергии, что необходимо для органичного вхождения в энергосистему со способностью к диспетчеризации.

Мир не стоит на месте — тысячи ученых и инженеров ищут самые практичные для ВИЭ способы аккумулирования энергии. Самые прогрессивные инвесторы стимулируют работы в этом направлении. Значит, надо и нам смотреть вперед, вкладывать деньги не в вечные капремонты устаревшего и экологически враждебного к человеку оборудования — а в построение нового, дружественного и мощного сектора ВИЭ.

Источник