Агнешка Ромашевская-Гузи: быть пропутинским на Западе некрасиво, а быть антиукраинским – можно Июн19

Добавить в

Агнешка Ромашевская-Гузи: быть пропутинским на Западе некрасиво, а быть антиукраинским – можно

Агнешка Ромашевская-Гузи: быть пропутинским на Западе некрасиво, а быть антиукраинским – можно

18 июня, 2018, 16:08

Член правления Европейской Федерации журналистов об антиукраинской моде и кремлевской теории по поводу хаоса в Украине

Агнешка Ромашевская-Гузы, директор телеканала "БЕЛСАТ", член правления Европейской Федерации журналистов в эфире телеканала Еспресо об антиукраинской моде, которую внедряет РФ, и кремлевской теории об абсолютном хаосе в Украине.

Дело Бабченко породило невиданный резонанс, но, с другой стороны, мы чувствуем, что Российской Федерации удалось самое важное, переориентировать дело покушения, попытку убийства Аркадия на, так сказать, внутренние украинские разборки.

Я, исходя из польского опыта, чувствовала, что здесь будут определенные проблемы. К чему здесь польский опыт? Я подробно помню антикоррупционную спецоперацию в Польше много лет назад, которая была проведена чисто, красиво и очень прозрачно. Однако когда ее в определенный момент представили на публичное обозрение, то удалось исказить значение этого дела – весь смысл дела сместился в политическую сторону, вместо концентрации на сути проблемы и того, в чем заключалось само дело. Поэтому вспомнила об этом, увидев дело Бабченко. А тут еще и присоединилась целая группа обиженных журналистов, мол, как: "Нас обманули, это же очень нехорошо, потому что мы всегда подаем правду, а здесь – неправда". Есть и вторая вещь – Российская Федерация имеет на самом деле очень большие возможности в области дезинформации. Учтя эти несколько аспектов, я думаю, что это, очевидно, может создавать подобные проблемы.

Агнешка Ромашевская-Гузи: быть пропутинским на Западе некрасиво, а быть антиукраинским – можно

С другой стороны, мы в Украине почувствовали, как работает, возможно, кремлевская пропагандистская машина, когда основную проблему всячески пытались заткнуть теми или иными вещами, на самом деле поднимающими основную проблему, – это списки людей, которых Кремль хотел бы "заказать" в Украине. В частности, речь идет о ситуации с так называемым списком 47 украинцев, хотя, возможно, это фейковый список, который обнародовали через такой источник, как "Страна.UA".

Все операции спецслужб связаны с дезинформацией, и стоит обратить внимание на то, что все это подают СМИ. В связи с тем, что когда запускают одну дезинформацию, то открываются одновременно и на все другие. А что будут делать россияне? Запускать бесчисленное количество дезинформации. Что будут делать защитники обвиняемого? Запускать через него целую массу дезинформации. Уже пошли новости, что подозреваемый является агентом какой-контрразведки, — что-то он там такое рассказывал.

Весь этот комплекс приведет к комплексной путанице, послужит тому, чтобы никто ничего не знал доподлинно. А одновременно над всем этим громко будет звучать голос журналистов: "Дайте нам факты! Как же это, должно быть 30, а есть 47? А почему мы всего не знаем?" — и так далее. В своем фейсбуке сам Аркадий Бабченко очень справедливо заметил: "Извините, но эта операция еще, наверное, продолжается". То есть всего нельзя рассказать и Саше, и Маше или еще кому.

Еще сделаю важное замечание для моих коллег-журналистов: я противница сотрудничества журналистов со спецслужбами, но в обычных ситуациях, то есть я против, чтобы журналист собирал информацию для себя, а при случае оказывалось, что собирал ее и для спецслужб. Подобные вещи несовместимы. И я настаиваю на этом! Зато совсем другой есть ситуация, в которой ты знаешь о совершении преступления или твоей жизни что-то угрожает, тогда простите – это же не гестапо, это спецслужба независимого демократического государства, какой бы она ни была и как бы плохо в стране ни правили. И это фундаментальная разница.

С другой стороны, на Западе критика украинских спецслужб и Украины как таковой сквозь призму дела Бабченко больше, чем, скажем, осуждение действий Российской Федерации, действий Кремля в отношении преследования журналистов и развязанной войны на востоке Украины.

У меня есть ощущение, что несколько журналистских организаций имеют по этому поводу очень, с моей точки зрения, чистый или грязный счет. Я помню, в свое время мы пытались повлиять на некоторые журналистские организации, пытались заинтересовать судьбой журналистов еще в самом начале как аннексии Крыма, так и агрессии на Донбассе. Тогда украинских журналистов и операторов похищали и удерживали так называемые "сепаратисты", — я тогда лично звонила, пыталась вмешаться, писала.

Сначала я даже не понимала тех людей, думала, что мои е-мейлы терялись, ведь на них не отвечали. Как-то странно. А отношение некоторых людей довольно сомнительно. Можно сказать, что в некоторых организациях, конечно, не всех, но ощутимо явное влияние российской дезинформационной кампании. Вместе с тем следует учитывать, что часто играют как в правой, так и крайне левой стороне политической сцены.

Хотя это не всегда замечают украинские журналисты, потому что они порой смотрят на Запад: "О, как там прекрасно, если там говорят, то, наверное, правы". Надо понимать еще одно: с точки зрения кремлевской пропаганды или дезинформационной кампании есть одна очень важная вещь: сейчас трудно кого-то убедить симпатизировать Путину. Быть пропутинским – это же некрасиво, зато быть антиукраинским – это же, можно, почему бы нет, не так ли? Антиукраинским можно быть всегда. Приведу польский пример: если о Польше говорят, что Польша – это вторая Беларусь или что здесь царит Путин, то не надо верить подобной журналистике. Мол, на Западе сказали, что Путин царит в Польше, но это же полная глупость. И так на это следует смотреть.

А каковы источники тех информационных волн, точнее, дезинформационных, ведь часто Украина предстает если не Сомали, то, по крайней мере Южным Суданом. Польша предстает Веймаровской Германией в 1932 году. Да, мы понимаем, что это неправда, но представители западных медийных сообществ эксплуатируют эту тему. Это от незнания, от нежелания видеть ситуацию или, возможно, это мотивация через те или другие даже западные фонды, но связанные с Кремлем?

В большинстве таких явлений мы имеем дело со смешанной мотивацией. То есть, с одной стороны, недостаточная осведомленность, с другой – мода. Очень важным элементом каждой такой ситуации является мода. Если удастся сделать что-то модным, то определенное количество людей же об этом будет говорить. Независимо, правда это или нет, но это модно, поэтому так и будем говорить.

В таких ситуациях российским спецслужбам очень легко действовать: достаточно вбросить что-то, и оно уже дальше будет играть так же. Думаю, что так и происходит. В то же время это же не так, что, мол, все являются агентами Кремля. Это очевидная глупость, конечно, нет! Нет стольких агентов Кремля. Зато есть определенные условия, в которых разного рода агентам Кремля очень легко действовать. И я убеждена, что они активны. Думаю, привлекают и западные фонды, которые действуют под так называемым "прикрытием". Но, несмотря на это, должны понимать – существуют схемы, продиктованные модой, которая диктует определенное общее впечатление, от которого потом очень трудно отмыться.

Возьмем отголосок в Польше дела Бабченко. В Польше включился такой механизм: сначала возмущение, потому что это ужасно, а потом – стоп-стоп, а как же то, что здесь кроется, что-то нечисто, мол, отвратительное СБУ и так далее. Ну и люди, очевидно, начали задумываться над этим всем. Я написала текст, чтобы их пробудить: ну проснитесь, дорогие люди, проснитесь на минутку, что же вы творите!

Концепция дезорганизации, созидания в СМИ впечатления об абсолютном хаосе в Украине является одной из концепций пропагандистских действий Российской Федерации и Кремля. И этому нечего удивляться, потому что это оружие в нынешнее время достаточно эффективно, и иногда эффективнее пушек. Украина часто сама себя дискредитирует, потому что каждое государство делает серьезные ошибки. Но это не меняет факта – в отношении цели россиян.

 

 

Источник